+7 (812) 457-08-62, +7 (495) 133-01-63 Обратный звонок
 
МЫ ПРОЕКТИРУЕМ
И СОЗДАЕМ:

УСЛУГИ

Как создавался музей истории авиадвигателей «ОДК-Климов»

Этой весной был официально открыт обновленный музей истории авиадвигателей «ОДК-Климов». Мы пообщались с создателями экспозиции — руководителем проекта Виктором Абраменко и куратором Ксенией Суриковой, — и пора рассказать, что из этого получилось.

АО «ОДК–Климов» — ведущий российский разработчик газотурбинных двигателей для военной и гражданской авиации. Включает в себя конструкторское бюро, современную производственную и экспериментальную базы. Входит в состав Объединенной двигателестроительной корпорации ГК "Ростех". Музей истории авиадвигателей АО «ОДК-Климов», как и сам завод, располагался на Кантемировской улице в Санкт-Петербурге. В 2014 году в Приморском районе был построен новый конструкторско-производственный комплекс, куда переехали предприятие и музей. Трансформация музея авиадвигателей заключается в создании современного пространства, где эффектно сочетаются мультимедийная информационно-справочная система и главные экспонаты – двигатели для вертолетов и самолетов, разработкой которых занимались конструкторы завода им. В.Я. Климова в разные годы.

— Как возник корпоративный музей в «ОДК-Климов»?

Виктор Абраменко:

У компании был старый музей авиационного двигателестроения. В 2014 году у Заказчика возникла идея переделать экспозицию.

Ксения Сурикова:

Да, в старом музее были неплохо показаны двигатели, но он был выполнен в классическом стиле со стандартным набором фотографий и, собственно говоря, самими экспонатами. Заказчику хотелось показать свой инженерный потенциал, стратегию роста и развития в будущем. Сотрудники музея собрали обширный архив информации о деятельности предприятия начиная с 1914 года, но в текущей экспозиции эта история не находила своего отражения. Была задача показать и экспонаты, и историю компании в едином пространстве, сделать полную реконцепцию музея.

— Вся экспозиция выстроена вокруг главных экспонатов – двигателей. Каким образом сформулирована концепция музейного пространства?

Ксения Сурикова:

Мы работали не на пустом месте. К моменту, когда Ascreen приступила к проекту, у Заказчика уже был разработан новый визуальный стиль музея, который и задавал направляющую для будущей концепции. Конечно, в этой визуализации не было логики размещения двигателей, логики движения посетителей, было непонятно почему в экспозиции присутствует этот двигатель, а не другой. Все экспонаты размещались, опираясь на их визуальную составляющую, а не смысловую. Наша задача состояла в разработке логически выстроенной экспозиции с использованием предложенного стиля. Мы провели ревизию содержательной части — выяснили, чего не хватает, о чем не рассказывает старая экспозиция, где на наш взгляд нарушена логика.

— О чем должен был рассказать обновленный музей?

Ксения Сурикова:

Первоначально была задача показать историю через малоизвестные факты из жизни завода. Например, сегодня известно, что на месте завода когда-то стояла сторожка, где проходили собрания революционеров, что «Русский Рено», фактически, начинался здесь, в России, что в Великую Отечественную войну летали самолеты с двигателями предприятия. Сейчас мы знаем предприятие «ОДК-Климов» как поставщика двигателей для МиГов и истребителей аналогичного класса, но за этим стоит намного более интересная история. Для нас важно было показать инженерный потенциал завода, что это не только цех по сборке, что проводится мощная конструкторская работа, что именно здесь придумывают эти двигатели. Разработчики самолетов и создатели двигателей работают в тесной кооперации. Это четкий процесс отработки поставленных задач — чтобы самолет взлетал вертикально, или летел с заданной скоростью, или набирал необходимую скорость, это тоже необходимо было показать. Хотелось, чтобы каждый человек увидел, ради чего эта махина работает каждый день.

Виктор Абраменко:

Хочу добавить про третье двигателестроение и объекты применения (прим. самолёты). Управление является военно-гражданским. Мы-то знаем в основном про самолеты военные, а хотелось еще показать, что завод работает и на благо мирного населения.

Ксения Сурикова:

Экспозиция имеет много вторых, третьих слоев восприятия, где мы как раз расширяем границы представления о компании как производителе двигателей для военных самолетов. Конечно, сначала посетители погружаются в технологии, затем они знакомятся с историей, позднее с личностями – Климовым, Изотовым, Саркисовым, и только потом рассказываем о гражданской продукции предприятия.

Например, в зале присутствует подлинный факел, который создали к Олимпиаде-80. К каждому из двигателей в рамках экспозиции прилагается обширная информационно-справочная система, которая рассказывает, где они применялись, каков их жизненный путь и т.д.

— Менялась ли архитектура пространства, в котором разместился музей?

Виктор Абраменко:

Да, архитектура серьезно менялась. Мы разрабатывали раздел проектной документации «Конструкторские решения». Стройка проходила с учетом изменений всех инженерных коммуникаций, с изменением архитектуры заданного пространства.

— Какие в итоге зоны представлены в музее?

Виктор Абраменко:

Для меня зон глобально две — это лекционный зал с возможностью видеопоказов и демонстрационный зал. В разрезе концепции зон гораздо больше.

Ксения Сурикова:

Да, зон гораздо больше. Они считываются при долгом нахождении в экспозиционном пространстве. Это сложно уловить сразу, но вдумчивый и тонко чувствующий зритель обязательно это увидит.

 

WELCOME-ЗОНА
Зона содержит два решения: кинетическая инсталляция; тайм-лайн ( решение, объединяющее графические и текстовые блоки и дающее краткое представление об истории предприятия). Путешествие по экспозиции начинается с короткометражного фильма, который выступает в качестве пролога и погружает посетителя в работу авиационного двигателя. Это история внутри истории, отправная точка для понимания процессов, составляющих жизнь завода как в прошлом, так и в настоящем. Звуковая картина, окружающая посетителя и состоящая из звуков авиационных двигателей, создает дополнительное напряжение. После окончания фильма автоматически включается свет и меняется звуковая картина, приглашая посетителя продолжить путешествие в историю отечественного двигателестроения.

Ксения Сурикова:

У нас ярко выделена входная зона, где размещена кинетическая инсталляция, которая, безусловно, дает wow-эффект. Эта зона в какой-то степени иммерсивная: здесь гаснет свет, начинают двигаться экраны, образуя фигуры, которые подчеркивают яркий видеоконтент, за счет встроенных вентиляторов дует воздух, усиливая общий эффект восприятия. Посетитель даже физически ощущает мощь двигателей.

 

 

ОСНОВНАЯ ЭКСПОЗИЦИЯ: «КОНСТРУКТОРСКОЕ БЮРО»
Экспозицию двигателей поддерживают информационные блоки на стенах и встроенные экраны. Их задача продемонстрировать производственный процесс, показать, как проектируются и разрабатываются двигатели. Основу для этой инсталляции составляют интервью, фрагменты документальной хроники, архивные фотографии, анимация. Видеоряд и звуковое сопровождение помогают посетителям погрузиться в повседневную жизнь завода. При запуске видеоконтента, посетитель видит историю создания каждого конкретного двигателя.

Ксения Сурикова:

Следующая зона носит более спокойный и познавательный характер. Там демонстрируются двигатели, размещена информация к ним, данные об авиаконструкторах, там же находится зона, посвященная Изотову.

 

 

ТАКТИЛЬНОЕ МЕДИА ПРОСТРАНСТВО: «ДВИГАТЕЛИ»
Это пространство нацелено на активное взаимодействие с посетителем. Модели двигателей становятся кинетическими установками, которые позволяют переосмыслить их работу и представить её в реальных условиях. Благодаря комбинации реального объекта и динамического терминала с виртуальным изображением, создаётся иллюзия соединения физического объекта и дополненной реальности. Предусмотрены два типа взаимодействия – кинетическое (вращение некоторых механизмов в двигателе) и визуальное (наблюдение реконструкции процессов происходящих в работающем двигателе).

Ксения Сурикова:

Следующая зона является тактильной. Здесь организовано максимальное взаимодействие с двигателями. Во-первых, их можно трогать руками, покрутить различные детали. Это особенно интересно для детской аудитории. Конечно, это происходит под присмотром экскурсовода. Там же находится классный динамический терминал со сканером, который позволяет увидеть изнутри работу всех систем двигателя, всех его деталей. Например, в третьем проезде посетители видят, как топливо попадает в двигатель, как оно начинает там работать, видно, как потоки пламени несутся сквозь двигатель и заставляют самолет лететь.

— Как была выстроена работа по сбору и обработке контента? Привлекались ли для этого сторонние эксперты?

Ксения Сурикова:

Мы привлекали экспертов со стороны Заказчика. Нам очень помог классный специалист из Учебного центра Александр Иванович Козак, который сделал очень много, чтобы у нас появилась в понятном виде информация о работе двигателей, в том числе и для нашего динамического терминала. Этот сложный контент и тут, безусловно, нужен медиатор, который сначала объяснит тебе, чтобы ты потом мог это заложить в инсталляцию и позже транслировать это уже зрителям.

Виктор Абраменко:

Также он помогал нам в подготовке текстов для диктора при создании видеороликов. Проверял корректность выполнения 3д-инсталляции.

Ксения Сурикова:

Кстати, в этой же инсталляции мы сделали классный эндоскоп. Посетитель может посмотреть, как устроен двигатель. Для этого мы использовали видео, снятое во время настоящего эндоскопического исследования двигателя.

Виктор Абраменко:

При каждом обслуживании двигатели подвергаются проверке эндоскопом через специальные смотровые лючки. Другой вопрос, что стоимость такого эндоскопа несравнимо выше привычного нам.

— Почему в экспозиции преобладает белый цвет?

Ксения Сурикова:

Визуальный образ экспозиции отсылает к футуристичности. Именно поэтому в пространстве так много белого. Мы ассоциировали это со стерильностью, чистотой, будущем. Везде, где требуется показать точность, технологичность и слаженность работы, какою-то научную составляющую — это всегда белый цвет.

Виктор Абраменко:

Есть еще такой момент, что двигатели ассоциируются с чистотой и стерильностью. Мы с Ксенией были неоднократно в сборочном цехе, там действительно очень чисто.

— Как собирался предметный ряд экспозиции?

Ксения Сурикова:

Для создания экспозиции использовались уже имеющиеся фонды. Рассказ про предприятие был бы более комплексным и интересным, если бы предметный ряд был шире. Мы надеемся, что история продолжится, и будут появляться новые экспонаты.

О ГЛАВНЫХ ЭКСПОНАТАХ МУЗЕЯ:
Двигатели, ставшие визитной карточкой компании и первыми отечественными разработками в области двигателестроения, – это ВК-1 для самолетов МиГ-15 бис, МиГ-17, Ил-28, жидкостный ракетный двигатель 8Д419 для межконтинентальной ракеты УР-100, газотурбинный двигатель ГТД-350 для вертолета Ми-2, массовые вертолетные двигатели ТВ2-117 и ТВ3-117, применяемые на подавляющем большинстве вертолетов Миля и Камова, турбовинтовой двигатель ТВ7-117С для грузопассажирских самолетов и другие. Среди экспонатов музея – большой реактивный двигатель РД-33 для легендарных истребителей МиГ-29. Современный двигатель ВК-2500 для российских вертолетов тоже занял свое место в экспозиции музея. Благодаря динамическому терминалу, имеющему несколько сценариев, можно увидеть внутреннее устройство этого двигателя, режимы его работы и исследование технического состояния с помощью эндоскопа.

— Как вы считаете, что в музее получилось, а что хотелось бы еще доработать?

Виктор Абраменко:

По большому счету в музее получилось всё. Конечно, сложности были в ряде инсталляций и технических решений, в период монтажных работ, но этот тот момент, когда заходишь в рендеры, а картинка полностью совпадает с реальностью.

Ксения Сурикова:

Не совсем соглашусь с Витей. Да, визуально получилось всё, но смыслово не всё удалось докрутить. Например, не удалось сделать зону КБ (прим. конструкторское бюро). Мы хотели, чтобы посетитель все-таки заходя в одну из зон музея, видел кусочек из жизни конструкторов, погружался в эту историю. Нам хотелось рассказать и более подробно о том, как эти двигатели создаются. Это важный момент.

Виктор Абраменко:

Теперь для экспозиции это одна из точек роста.

Ксения Сурикова:

Безусловно. Мы закладывали возможность это показать, но, к сожалению, в конечную экспозицию этот раздел не вошел.

Виктор Абраменко:

Не смотря на то, что музей имеет очень ограниченное помещение, заказчик планирует выделить под него дополнительные площади и расширить экспозицию.

Ксения Сурикова:

Со стороны посетителей уже есть такой запрос. Им нужно место, где они могут поностальгировать, вспомнить своих родственников и коллег, которые связаны с историей предприятия.

Виктор Абраменко:

На новых площадях, наконец, появится стол с зеленым сукном и лампа, за которым когда-то работал сам Климов.

Ксения Сурикова:

Эта подлинная вещь и очень хочется, чтобы ей нашлось место в экспозиции музея. История будет продолжена. Мы расскажем больше и про людей, и про процесс создания двигателей.

— Что в работе над проектом больше всего вас самих поразило?

Виктор Абраменко:

Очень много моментов, которые поражают. Двигатели, которые весят несколько тонн и при этом собираются вручную. Эта была отдельная история, как мы их заносили в музей. Или, например, в цехах удивило, как работают роборуки.

Ксения Сурикова:

Для меня много было всего удивительного. Во-первых, сами эти двигатели, их красота. В жизни ты видишь их или в машине очень и очень грязными, или ты летишь в самолете, а двигатель где-то гудит. Они действительно поражают воображение – огромные, множество деталей и сочленений. В них есть некая индустриальная и промышленная эстетика. Помню, когда я впервые оказалась еще в старом музее, от двигателей невозможно было оторвать глаз. Белый цвет экспозиции, который служит фоном и не отвлекает, дополнительно подчеркивает эту красоту. В самих цехах сбор двигателей – очень отлаженный и продуманный процесс. Поражает, сколько всего вовлечено в работу по созданию двигателей.

— Какие решения в экспозиции вам кажутся наиболее зрелищными и необычными?

Ксения Сурикова:

Для нас номер один — это динамический терминал.

Виктор Абраменко:

Кинетическая инсталляция тоже производит сильный эффект. Конечно, ушел почти месяц на ее отладку. Наши инженеры провели много бессонных ночей, но это того стоило. Теперь инсталляция работает безупречно.

— Как был решен вопрос вовлечения аудитории в нарратив экспозиции?

Ксения Сурикова:

Мы уделили серьезное внимание графике. Модели двигателей, которые можно покрутить, также способствуют этому, но главный экспонат — это, конечно, сами двигатели. Этот корпоративный музей не предполагает одиночного посещения. Акценты в экспозиции расставляет экскурсовод, для которого мы разработали несколько вариантов экскурсий со своими хайлайтами. Он объясняет посетителям, на что обратить внимание, чем отличаются двигатели, делится историями. Мы придумали четыре специальных маршрута для детей, для взрослой аудитории, для вип-делегаций и для специалистов. Для каждой категории посетителей демонстрируется свой набор экспонатов и расставляются определенным образом акценты.

— При проектировании пространства учитывалась ли доступность музея для посетителей с ограниченными возможностями?

Виктор Абраменко:

Да, это обязательство проектировщика. По договору мы были обязаны учитывать доступность музея для маломобильных групп посетителей.

— Будет ли музей доступен для широкой аудитории посетителей?

Виктор Абраменко:

Он уже сейчас открыт для посещения всех желающих. Для этого нужно на сайте компании оставить заявку, после ее одобрения можно будет посетить музей.

Запросить коммерческое предложение

НАШ ОПЫТ

197374, Санкт-Петербург,
Торфяная дорога, 7Ф
Схема проезда »

© Аскрин, 2001 - 2021. Все права защищены.

Персональные данные | Конфиденциальность | Условия охраны труда

НАВЕРХ